С 1 октября Министерство здравоохранения исключило томотерапию из перечня высокотехнологичных медицинских услуг. Последствия этого решения уже ощутили и врачи, и пациенты — они бьют тревогу, сообщает Tizgin.kz.
Томотерапия — один из самых точных и безопасных методов лучевой терапии. В мире эта технология позволяет поражать очаги злокачественных опухолей у детей и взрослых с миллиметровой точностью. Однако в Казахстане именно этот метод стал недоступным для онкологических пациентов. Причина — приказ министра здравоохранения.
«Одно решение изменило жизни сотен людей»
На пресс-конференции в Национальном пресс-клубе в Астане врачи и пациенты открыто высказались о последствиях решения министерства.
Директор Международного онкологического центра томотерапии «Үміт» Ерлан Шаяхметов на конкретных примерах показал, насколько тяжелой стала нынешняя ситуация.
«С октября нам прекратили финансирование. Томотерапию перевели в систему КСТ, но новый механизм оплаты так и не был утверждён. В результате 57 пациентов, среди них семеро детей, не смогли завершить лечение. С 6 октября мы были вынуждены полностью остановить оказание бесплатных услуг. Вы понимаете, что такое онкологические заболевания. По мировой практике, около 70% пациентов, у которых впервые выявлен рак, нуждаются в лучевой терапии. Сейчас в Казахстане этой услугой охвачено лишь 35% больных. Это крайне низкий показатель», — рассказал он.
По словам Шаяхметова, центр был открыт в 2019 году на частные инвестиции. Здесь установлено американское оборудование Accuray, а специалисты проходили обучение в США и Индии. Клиника дважды прошла международный аудит GSI и была признана соответствующей высоким стандартам.
«До нас такой технологии в Казахстане не существовало. Для сравнения: курс лечения с применением этой методики в Турции стоит 50–60 млн тенге, в США — более 100 млн. У нас же цена была снижена до 3–4 млн тенге. Но без государственного финансирования это стало невозможным. Сейчас тариф сокращён на 70%, и расходы попросту не покрываются», — отметил глава центра.
«Пациентов, в том числе детей, приходится отправлять домой»
Не остались равнодушными и зарубежные специалисты. Руководитель отделения лучевой терапии Национального центра детской онкологии и иммунологии имени Д. Рогачёва (Россия) Алексей Нечеснюк принял участие в обсуждении и выразил обеспокоенность ситуацией.
«Детей с острым лейкозом мы лечим с помощью облучения всей системы костного мозга — это возможно только благодаря томотерапии. Из 640 детей около 60% выжили именно благодаря этой технологии. Если Казахстан откажется от такого метода, это серьёзно ограничит шансы на жизнь для этих пациентов. С медицинской точки зрения — это шаг назад», — подчеркнул российский специалист.
Решение о прекращении томотерапии тяжело отразилось и на обычных гражданах. Жительница Семея Нурсулу Галиева рассказала, что проходит лечение своего супруга в этом центре.
«В этом центре лечение проходит по-другому. Когда у моего мужа диагностировали тяжёлое заболевание, нам больше всего нужна была вера. Здесь всё иначе — отношение врачей, удобство амбулаторного лечения, человеческое участие. После химиотерапии у пациентов часто наступает упадок сил, но здесь этого не ощущаешь. Если государство не окажет поддержку этому центру, многие семьи потеряют надежду», — говорит она.
По словам Ерлана Шаяхметова, сейчас положение клиники крайне сложное. Без государственного заказа удерживать высокотехнологичные услуги невозможно. Если раньше тариф составлял 4,35 млн тенге, то в новой системе — всего 1,26 млн. То есть финансирование сократилось на 70 процентов. В таких условиях невозможно сохранить специалистов — медицинских физиков и радиологов. «Если эти кадры уйдут, развитие радиотерапии в стране откатится на долгие годы назад», — отметил он.
Онкопациент, пенсионер Серик Доскенов, вспоминает увиденное своими глазами.
«Однажды я пришёл в клинику пораньше и увидел, как лечат детей. Это было тяжело смотреть — сердце сжалось. В Конституции сказано, что каждый гражданин имеет право на бесплатную медицинскую помощь. И не просто помощь, а качественное лечение с выбором врача! Но на деле это право всё больше остаётся только на бумаге. А для онкобольного прерывание лечения — всё равно что сократить собственную жизнь», — говорит он.
Он вспоминает слова известного барда Владимира Высоцкого: «Меня не станет — пусть другому повезёт». И добавляет: «Пусть даже нас не будет, главное — чтобы будущее поколение не осталось без лечения».
Врачи, пациенты и общественность требуют от Министерства здравоохранения вернуть томотерапию в перечень высокотехнологичной медицинской помощи (ВТМП), утвердить прозрачную тарифную систему с учётом затрат частных клиник, а также до четвёртого квартала 2025 года определить государственный заказ.
Они предупреждают: если вопрос не будет решён, страну ждёт технологический застой в онкологии, отток кадров и рост смертности. «Это не просто судьба одного центра. Это — судьбы сотен пациентов и проверка доверия к системе здравоохранения. Мы надеемся, что министерство не останется безучастным» резюмировал Ерлан Шаяхметов.
